Трудно быть настоящим человеком
22 апреля исполняется 110 лет со дня рождения писателя Владимира Набокова. Среди начинающих журналистов клуба «Диалог» есть истинные поклонники его творчества. Читайте рецензию Евгении Галямовой на роман «Приглашение на казнь».
История о человеке, проникнутая мечтами, переживаниями, слезами и радостью. Маленький, нелепо сложенный человечек, противостоящий обществу. Как прекрасен его мир, мир Цинцинната: его небо, его земля и мечты. Мечты, не имеющие ни права, ни возможности сбыться в этом, пропитанном пошлой реальностью мире. " Ошибкой попал я сюда - не именно в темницу, - а вообще, в этот страшный полосатый мир: образец кустарного искусства, но в сущности - беда, ужас, безумие",- эти слова Цинцинната как подтверждение тому, что ему нет места в этой жизни.
Роман написан изумительно. Каждая строка хранит в себе нечто печальное, мучительное, горькое до слёз. Дрожащими руками перелистывая страницы, пытаясь оправдать предчувствие окончания судьбы героя, продолжаешь верить в то, что он найдет себе место на небесах, среди таких же нелепых недоразумений, как он. Но, всё же, и в реальной жизни нашлись люди, которые искренне сострадают Цинциннату. Тюремщик, казалось бы, строгий и чёрствый, каждый раз, входя в камеру, со слезами на глазах берёт на руки и снимает с возвышенности маленькое беспомощное существо, которое с надеждой поднимает к небу глаза и, как будто чего-то от него ждет.
Конец романа и конец мучениям. Цинциннат подниматся на помост. Его судьба решена. Один миг - и всё оборвется.
Он не умер, нет. Он не должен был просто взять и умереть. Он понимал притворство общества, в котором жил; знал об изменах своей жены, и только в своих мечтах он видел другую, прекрасную жизнь, природу, которой можно доверить свои мечты. Здесь он не чувствовал себя изгоем. Поэтому автор и заканчивает роман так, как будто, наконец, сбылась мечта. Цинциннат освободился от своих оков для того, чтобы жить лучшей жизнью. Ошибочно мнение того, кто считает, что если перестало биться сердце, то и жизнь закончилась. «Как сумасшедший мнит себя богом, так и мы считаем себя смертными».